Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

«И эти люди учат нас не ковырять пальцем в носу?».

В последнее время мы часто, и порой даже по делу, критикуем руководителей России разного уровня за допускаемые ими управленческие и организационные ошибки. Складывается впечатление, что политики и руководители стран Евросоюза и США таких недостатков лишены – все их действия совершенно логичны и ведут к безукоризненно полезным для их общего дела результатам. Но тогда трудно ответить на «детский» вопрос: если у нас с государственным менеджементом все так плохо, а у «западных партнеров» все так хорошо, то каким же образом Россия вот уже пятый год уверенно противостоит всевозможным санкциям?

Если враг силен, коварен, опытен и сплочен воедино, то почему мы все еще не наблюдаем «порванную в клочья экономику России» невооруженным, да и вооруженным глазом? Если оторваться от океана новостей интернет-среды и не самых добросовестных новостных порталов, то реальная картина того, что происходит в Европе и в США, в их государственном управлении выглядит совершенно иначе.

Аналитический онлайн-журнал Геоэнергетика.ru не претендует на всеохватность, но с частью коллекции нелепых ошибок и просчетов «западных партнеров» в энергетическом секторе мы вполне можем поделиться. Не ради того, чтобы поёрничать по этому поводу, а с очевидной целью попробовать учиться не на своих, а на чужих ошибках. Откуда они берутся, что становится их предпосылками, можно ли было этих ошибок избежать – это полезный анализ, который вполне может пригодиться, да и просто расстаться с частью мифов не помешает. Ну, а некоторые ошибки настолько нелепы, что не вызывают ничего, кроме улыбки – особенно, если посмотреть, как их пытаются скрыть, используя методы информационной войны. Напоминает это порой поведение кота, который не смог пройти мимо хозяйских тапок, но потом уронил на них цветочный горшок, чтобы не видно было…

Проект морского магистрального газопровода Baltic Pipe

Если рассортировать «организационные маразмики» западных партнеров по хронологическому принципу, то начать, пожалуй, можно с проекта магистрального газопровода Baltic Pipe, который должен соединить газовые системы Норвегии и Польши с использованием транзитных услуг Дании. То, что с ним «что-то не так», очевидно уже из того, как этот проект сейчас освещается в прессе. Наиболее часто встречающееся определение проекта Baltic Pipe звучит следующим образом: «проект строительства морского газопровода от датского берега до польского, по которому планируется транспортировка газа из Норвегии в Польшу через Данию». Каждое слово написано на русском языке, но общий смысл такого определения понять невозможно. Если газ – норвежский, то и газопровод должен идти из Норвегии в Польшу. Если через территорию Дании, то что означает слово «через»? Мимо территории или по ней? Газопровод между Данией и Польшей может идти только по морскому дну Балтийского моря, но откуда тогда берется газ для Польши на датском берегу?

Реально проект Baltic Pipe состоит не только из морского МГП, а еще из четырех частей:

  1. Морской газопровод Северного моря – между норвежской ГТС (газотранспортной системой) и датской ГТС. Таковой уже имеется: еще в начале нулевых был проложен трубопровод через пролив между шведским Мальмё и датским Аведере, а газовые системы Норвегии и Швеции были соединены еще раньше. Вот только для того, чтобы в Данию приходили объемы газа не только для самой Дании, но и для передачи в Польшу, мощность этого морского шведско-датского газопровода придется увеличить;
  2. Потребуется увеличение мощности сухопутной части ГТС Дании в направлении с запада на восток – чтобы доставить на балтийский берег норвежский газ, предназначенный для Польши;
  3. Компрессорная станция на балтийском берегу Дании. Выделять в отдельный пункт ее придется потому, что будет она совершенно нестандартной – ей предстоит обеспечивать прокачку газа на 900 км, через Балтийское море до берега Польши;
  4. Выйдя на польский берег, газ должен иметь возможность куда-то двигаться дальше – следовательно, предстоит расширить еще и ГТС Польши.

Вот теперь можно дать правильное определение проекта Baltic Pipe – это расширение мощностей соединения ГТС Швеции и Дании, расширение ГТС Дании и Польши, строительство компрессорной станции в Дании и прокладка морского магистрального газопровода (МГП) через Балтийское море из Дании в Польшу. Звучит, конечно, более громоздко, зато описание стало точным.

В Европе анекдоты про «горячих эстонских парней» не рассказывают

Впервые Польша выступила с предложением о проекте Baltic Pipe в 2001 году – именно тогда шли работы по соединению ГТС Швеции и Дании. Однако технико-экономические расчеты, учитывающие уровень цен природного газа показали полную несостоятельность проекта, и он, что называется, «лег в стол». В 2007 году проект реанимировали, но только для того, чтобы сменить его польского участника – нефте- и газодобывающая компания PGNiG (72% – у польского правительства) убыла, на ее место прибыла на 100% государственная газотранспортная Gas-System. После этого последовала новая пауза, еще на 10 лет, и снова о Baltic Pipe заговорили только в 2017 году – после подписания меморандума о строительстве этого МГП правительствами Дании и Польши был объявлен старт процедуры Open Season на бронирование транзитных мощностей. К этому времени польская PGNiG успела скупить доли в нескольких газовых месторождениях Северного моря у норвежской Equinor (бывшая Statoil), поэтому по праву участвовала в Open Season и смогла подписать контракты на транспортировку газа по Baltic Pipe как с оператором ГТС Дании, компанией Energinet, так и с Gas-System.

Польша в Северном море

Чуточку подробнее о газовых месторождениях, доли в которых удалось приобрести PGNiG – чтобы был очевиден размах и масштаб. 18 октября 2018 норвежская компания Equinor (бывшая Statoil) сообщила о подписании соглашения с PGNiG Upstream Norway AS (дочерняя структура PGNiG) о продаже 42,38% акций в блоке PL 044 северноморского месторождения Tommeliten Alpha за 220 млн долларов. Оператор блока – ConocoPhillips, добычу планируют начать в 2024 году, извлекаемые объемы газа составляют 12,8 млрд кубометров. Подобного рода проектов в норвежском секторе Северного моря у PGNiG еще 19 штук, общий объем газа, приходящегося с них польской компании, к концу 2018 года составил 20,6 млрд.

Много это или мало в масштабах Польши? В 2017 году общее потребление газа в этой стране составило 17 млрд кубометров и спрос продолжает увеличиваться. По оценкам польских специалистов, к 2022 году, когда закончится действующий контракт с Газпромом, спрос вырастет до 19 млрд кубометров. Очевидно, что PGNiG, хотя и будет продолжать входить в небольшие добычные проекты, рассчитывает не столько на них, сколько на возможность покупки газа у Equinor. Планируемая мощность МГП Baltic Pipe – 10 млрд кубометров газа в год, PGNiG рассчитывает, что сможет поставлять до 8 млрд кубометров. Откуда взять такое количество, далеко не очевидно. 18 января стали известны предварительные данные о добыче углеводородов Норвегией в 2018 году от Норвежского нефтяного директората, согласно которым объем добычи газа за год снизился на 2%, ожидаемое падение добычи в 2019 году – еще 8%, а вот с 2020 года ожидается рост, вот только объемы этого роста нефтяной директорат пока точно оценить не может. Остается предположить, что Польша надеется на то, что удастся перехватывать газ у британских компаний, вот только и там никакого оптимизма – объем добычи с каждым годом становится все меньше.

Одним словом – ресурсный источник для Baltic Pipe сокрыт морскими туманами, но это совершенно не смущает участников действа.

В дело вступает Европейская Комиссия

Окончательное инвестиционное соглашение по проекту Baltic Pipe согласовано Gas-System и Energinet 30 ноября 2018 год, польская сторона инвестирует чуть более 50% общей стоимости, которая должна составить 1.7 млрд евро, начало строительства – 2020 год, окончание – до 1 октября 2022 года, то есть до окончания действия договора о покупке российского газа между PGNiG и Газпромом. Две европейские компании намерены вколотить 2 млрд долларов в трубу, газ в которой то ли будет, то ли нет – уже занимательно, но это далеко не все.

29 января 2019 года Европейская Комиссия присудила Baltic Pipe в рамках проекта Connecting Europe Facility субсидию на строительные работы, максимальная сумма поддержки составит 215 млн евро. Звучит красиво, но вызывает здоровое недоумение – если проект касается только двух стран, то при чем тут Еврокомиссия? Дело в том, что еще летом 2017 года ЕК провела публичные обсуждения «Стратегии развития Трансъевропейских энергетических сетей, направленной на оказание содействия правительствам стран ЕС в реализации трансграничных электрических и газовых связей, имеющих общеевропейское значение». Длина названия – не наша вина, это результат творчества евробюрократов. В результате обсуждения проект Baltic Pipe признали «общеевропейским», но не «сольно», а в комплекте с еще двумя газовыми проектами, иначе общеевропейскость не вытанцовывалась.

Труб становится больше

В результате у проекта Baltic Pipe и появились два продолжения. Вторая часть теперь уже европейской магистрали – соединение ГТС Польши и Литвы под названием GIRL, договор о строительстве которого литовский оператор ГТС Amber Grid и Gas-System подписали 25 мая 2018 года. Продолжительность нового МГП составит около 500 км, проектная мощность 2,5 млрд кубометров газа в год, предварительная стоимость 558 млн евро, субсидии от Еврокомиссии – 295 млн евро. Строительство должно начаться в марте 2019 года, завершиться – в декабре 2021 года. Третья часть этого газового проекта ЕС – морской газопровод между Эстонией и Финляндией (от Литвы до Эстонии газ будет транспортироваться по системе газопроводов, построенных в советское время, будет использовано и подземное хранилище «Инчукалнс» на территории Латвии) Balticconnector, строительство которого начато 8 июня 2018 года. Общая продолжительность трассы – 153 км, морская часть – 77 км, стоимость – 250 млн евро, из которых 187,5 млн субсидирует ЕС (75% стоимости), проектная мощность – 2,5 млрд кубометров газа в год. В перспективе три страны Прибалтики и Финляндия по плану ЕК должны составить новый газовый регион BEMIP-1, а норвежский газ, который будет идти из Польши, снизит зависимость региона от российского газа, поскольку на сегодняшний день Латвии, Эстонии и Финляндии весь свой газ получают от Газпрома.


Мнение Польши уже, простите, ни кого не интересует, Еврокомиссия ведь лучше знает, что кому нужно. Аналитический онлайн-журнал Геоэнергетика.ru так и вовсе в восторге от работы мощнейших аналитиков ЕС – объем газа, который за год потребляют страны Прибалтики составляет как раз порядка 2,5 млрд кубометров, Финляндии требуется порядка 5 млрд кубометров. Как эти страны вчетвером будут делить 2,5 млрд кубометров газа, который теоретически может начать поступать с просторов Северного моря, науке неизвестно, но точно можно сказать, что скучно им не будет.

Газовая арифметика для Польши

Не менее радостно выглядит в таком случае газовая арифметика и для Польши, прикинуть не сложно. В 2022 году, как уже говорилось, ей потребуется порядка 19 млрд кубометров газа. Если на все 100% использовать мощности регазификационного терминала «Свиноуйсьце» (неважно, откуда прибудет СПГ), то вычтем 5 млрд кубометров. На территории самой Польши есть небольшие газовые месторождения, из них стабильно извлекают 4 млрд кубометров газа в год. PGNiG планирует транспортировать по Baltic Pipe 8 млрд кубометров в год, из которых волей Еврокомисии 2,5 млрд кубов уйдут на север, то есть останутся 5,5 млрд кубов – в том оптимистичном случае, если PGNiG сможет набрать нужный объем.

Алексей Миллер, Председатель Правления ПАО «Газпром»

Складываем: 5 + 4 + 5,5 = 14,5 млрд кубометров. Что сказать по этому поводу? Посоветовать польским газовщикам в 2022 году как можно приветливее сказать: «Здравствуйте, уважаемый Алексей Борисович!». В кабинет руководителя Газпрома заходить боязно? Так есть, кого попросить помочь с этим делом. Например, с панами из польской же компании Orlen, которая 31 января 2019 года подписала контракт с Роснефтью на поставку от 5,4 до 6,6 млн тонн нефти в год на ближайшие пару лет. Или с компанией Grupa Lotos A, которая 2 августа 2018 года с той же Роснефтью подписала контракт на поставку 12,6 млн тонн нефти до 2020 года. Эти паны как-нибудь замолвят словечко перед Игорем Ивановичем Сечиным, тот, глядишь, попросит Алексея Борисовича хотя бы поговорить… Почему мы вдруг вспомнили про нефтяной бизнес Польши? Да только для того, чтобы напомнить – антироссийскость Польши весьма избирательна.

ВТО тоже может быть полезной

То, что Газпрому пришлось не сладко, когда ЕК стала бороться за необходимость учета в его долгосрочных контрактах цены спотового газа – не секрет, однако оставаться бессловесным страдальцем наш концерн не собирался. 30 апреля 2014 года Газпром инициировал иск в Третейскую группу ВТО (арбитражный суд этой организации) против ЕК. В числе шести пунктов иска было и требование «Об изменении положений Регламента ЕС о трансграничных сетях, создающих преимущества для развития проектов, направленных на диверсификацию источников поставок газа в ЕС из стран иных, чем Россия». Юридически-казуистическое название, суть которого проста: если вы, господа еврочиновники, так неистово требуете от нас соблюдения вашего Третьего энергопакета, то извольте и сами его соблюдать. По какой такой причине у Baltic Pipe отсутствует альтернативный поставщик газа? Почему только PGNiG, что за баловство такое? Подвиньтесь!

В начале августа 2018 Третейская группа ВТО опубликовала свой вердикт в пользу Газпрома, потребовав от ЕК внесения в его законодательство изменений, которые должны позволить Газпрому использовать транзитные мощности всех перечисленных газопроводов – Baltic Pipe, GIRL и Balticconnector. Технически подключение к этой сети МГП для Газпрома возможно в нескольких местах. В Финляндии, куда российский газ приходит по системе МГП «Северное измерение», в Латвии – из хранилища «Инчукалнс», в Литве, куда российский газ приходит по МГП Минск – Вильнюс.

Итог крайне занимателен: Еврокомиссия, Польша, Дания, страны Прибалтики и Финляндия за свой счет строят систему газопроводов, которой в свое удовольствие сможет пользоваться Газпром. ЕК радости по поводу этой части вердикта Третейской группы ВТО не испытывает, менять положения Регламента не торопится, но запас времени имеется – к тому времени, когда будут построены все перечисленные МГП, настанет пора выполнять наложенные обязательства. Состоялись ли в Варшаве торжества и банкеты по поводу справедливого вердикта Третейской группы – неизвестно, но салютов с фейерверками точно не было. Странно, конечно – участие Газпрома гарантирует использование мощности Baltic Pipe на все 100%, им бы радоваться.

Газовый «перекресток» Балтийского моря

Ну, и как вишенка на торте – новости уже этого года. 28 января 2019 года, публикация в Financial Times 28 января 2019 года, в которой эксперт по энергетике варшавской консалтинговой компании Poilityka Insight Роберт Томашевский отметил:

«В силу того, что маршрут планируемого Baltic Pipe пересекает маршруты «Северного потока» и «Северного потока-2», Gas-System обязана согласовать эти вопросы с Газпромом. Это технический вопрос, но я могу представить себе ситуацию, в которой Газпром мог бы отсрочить его или сделать весь этот процесс более длительным».

Прелестно. Особенно иронично – то, что проект Baltic Pipe намерены реализовать компании Польши и Дании. Если кто-то подзабыл, то на сегодня Дания является единственным государством, которое так и не согласовало маршрут «Северного потока-2». Если пан Томашевский не ошибся в своей оценке, то можно только улыбаться – Польша и Дания, последовательные противники реализации проекта СП-2, должны согласовать свой проект именно с Газпромом. Удачи вам в переговорах, господа – что тут еще сказать. Аккуратно выполняя все пожелания Газпрома, вы увеличите шансы на то, что и вам в ответ скажут что-нибудь вежливое.

Морской магистральный газопровод Balticconnector

Если рассматривать меридиональный газовый проект, задуманный Еврокомиссией в составе Baltic Pipe, GIPL и Balticconnector как единое целое, то поводы улыбаться найдутся и без Польши. Осенью 2013 года эстонская компания EG Vorguteenus по заказу и на деньги ЕК приступила к исследованию морского дна Финского залива для того, чтобы оценить экологическое воздействие строительства подводного магистрального газопровода Balticсonnector. По замыслу авторов проекта, этот газопровод должен соединить газовые системы Финляндии и Эстонии, основная цель – разумеется, «достижение независимости от «Газпрома».

Схема газопроводов Прибалтики и Финляндии, Рис.: balticconnector.fi

При этом и Финляндия, и Эстония 100% своего газа получают из России, и на вопрос о том, каким образом «морская труба» может обеспечить независимость от Газпрома, ответить не может никто. Пояснения, которые дает сама ЕК, сводятся к тому, что российский газ после того, как его купит финская компания, становится финским, а в случае покупки эстонской компанией российский газ автоматически становится эстонским. Так почему бы после этого Финляндии и Эстонии не помочь друг другу за счет поставок собственного газа?

Еврочиновники и профессионалы газовой отрасли

EG Vorguteenus заказ на исследование приняла с удовольствием – если у заказчика есть деньги, отчего бы и не поработать, любой каприз за ваши деньги. Уже в 2014 году исследование было закончено: все в порядке, мин нет, килька не пострадает. Обрадованные чины из ЕК обратились с предложением к газовым компаниям Эстонии и Финляндии: «Господа, давайте плескаться в Финском заливе!». Государственная газовая компания Финляндии Gasum на тот момент была совместным предприятием – 25% акций принадлежали концерну «Газпром», независимость от которого магистраль Balticconnector и должна была обеспечить. Нормальная обстановочка, не так ли? Руководство Gasum, судя по всему, обладает тем самым финским юмором – это когда без тени улыбки человек несет полнейшую чушь, издеваясь над туповатым собеседником. Gasum, не желая ссориться с одуревшей от русофобии Еврокомиссии, стала действовать последовательно – для того, чтобы оценить рентабельность выдающегося проекта, обратилась за консультацией к … Газпрому. Как же без консультаций в таком серьезном вопросе-то?

«Достаточно ли мы, Финляндия и Эстония, станем от вас независимы, коллеги, если будем перегонять друг другу ваш газ?»

Коллеги от такого вопроса, думается, удивились настолько, что … удивились очень сильно. Но, выяснив в чем дело, Газпром включился игру – «Дай максимально серьезный ответ вот тому тупому парню, только не улыбайся сам». Ответ был пространным, но пересказать его можно коротко. Эстония ежегодно закупает у Газпрома порядка 0,5 млрд кубометров, Финляндия – от 3,5 млрд до 5,0 млрд кубометров.

«Даже если все это количество газа в течение года прогнать через Balticсonnector 5-6 раз, то 110 млн евро, в которые оценивает этот проект ЕК, окупиться не успеют, поскольку гарантийный срок даже самых качественных труб составляет всего 50 лет».

В Gasum старательно сделали вид, что такой ответ стал полной неожиданностью и участвовать в проекте отказались, примеру финнов последовала и эстонская государственная Eesti Gaas.

Эстонцы, правда, продержались чуть дольше, поскольку ЕК настаивала на том, что по трубе будет «бегать» еще и норвежский газ. Он должен был, по плану, поступать в виде СПГ на региональный регазификационный терминал, строительство которого правительства Эстонии, Латвии и Литвы в 2009 году договорились вести в Латвии в качестве регионального проекта, финансировать который намеревалась та же ЕК. Но в 2014 году Литва в одностороннем порядке вышла из «тройственного союза», решив обустроить регазификационный терминал самостоятельно. Проект Indenpendence статус регионального не получил, поскольку Латвия и Эстония официально заявили, что они в нем участвовать не намерены – Литва их, прямо скажем, обманула. Нет регионального статуса – нет и возможности финансирования из бюджета ЕС, в связи с чем Eesti Gaas внезапно поняла, что литовская Indenpendence ее тоже совершенно не интересует, а потому не интересует и «труба» в Финляндию.

Еврокомиссия платит за свою русофобию

ЕК, тем не менее, настаивала: «Ребята, тяните трубы, газ найдется!». Газпром через Gasum поинтересовался у ЕК, в каком месте финны и эстонцы должны будут хранить этот таинственный газ, который будет возникать сам по себе неизвестно откуда. ЕК ответила честно – в подземном хранилище «Инчукалнс» в Латвии. Вот после этого газпромовцы окончательно поняли, что в Брюсселе накал борьбы с Россией достиг высочайшего уровня – блокирующий пакет в 34% акций ПХГ «Инчукалнс» принадлежит Газпрому, независимость от которого должен обеспечить Balticconnector. Заподозрив, что такое состояние ума может оказаться заразным, в 2015 году Газпром вышел из состава Gasum, за 250 млн евро продав свои акции правительству Финляндии. Но, несмотря на это Gasum своего мнения менять не стала – пусть Balticconnector прокладывает кто угодно, мы в этом не участвуем.

Русофобия всегда требует жертв от того, кто ею страдает – правило, исключений из которого нет. В 2014 году Balticсonnector проектировался мощностью в 2 млрд кубометров газа в год, смета проекта составляла 110 млн евро, из них ЕК готова была вложить 50%. Что могла сделать ЕК, столкнувшись с сопротивлением Эстонии и Финляндии? В суд вроде как не подать, оштрафовать тоже не за что, но отказаться от этого прелестного проекта – это ж показать «слабину» перед Газпромом! Подумав немного, в августе 2016 ЕК сообщила, что проект изменен, а ее доля в финансировании составит уже 75%.

«Проект стал мощнее, между Финляндией и Эстонией можно будет перекачивать 7,2 млн кубометров газа в сутки, стоимость теперь составляет 250 млн евро».

Теперь внимательно всмотримся в цифры. По первому варианту ЕК соглашалась предоставить на Balticconnector 55 млн евро, столько же требовалось от Финляндии и Эстонии. По второму варианту мощность газопровода увеличивается с 2,0 млрд кубометров до 2,6 млрд (умножаем 7,2 млн кубометров на 365 суток, предполагая, что трубопровод будет загружен на 100%), то есть на 33%. А смета выросла со 110 до 250 млн евро – в 2,27 раза, на 127%! Финансирование ЕК в старом варианте – 55 млн евро, в новом – 187, млн евро, троекратный рост. Да, теперь Эстонии и Финляндии самостоятельно нужно искать чуть больше, не 55 млн, а 62,5 млн евро, но в итоге у эстонско-финского консорциума на балансе появляется актив в 250 млн евро – прекрасное обеспечение для любых новых проектов, которое может достаться за четверть цены.

И – о, чудо! – эстонцы и финны поняли, что этот проект чертовски привлекателен и необходим, а «зависимость от «Газпрома» просто невыносима. Правительства той и другой страны снова обратились к своим газовым компаниям – есть новое предложение, давайте поработаем. Но вот тут произошла действительно неожиданность: Eesti Gaas и , не сговариваясь, выдали идентичные ответы:

«Вы уже обращались к нам с проектом, который мы обоснованно считаем нерентабельным. Мы отказались от участия в нем, и свое мнение менять не будем – мы ведь не политики, а профессионалы газовой отрасли».

И они были правы – смена решения могла отрицательно сказаться на их репутации среди европейских газовых компаний, которые не терпят подобного рода глупостей.

Фактор подземного хранилища газа «Инчукалнс»

Эстонцы сменили излишне профессиональный Eesti Gaas на другую госкомпанию – Elering, финны и вовсе создали новую – Baltic Connector OY. Теперь эти компании, вложив в реализацию проекта 62,5 млн евро, получат актив, который стоит 250 млн евро. Красиво! Но, если ЕК готова заплатить за свою русофобию – почему бы, собственно говоря, и нет?

8 июня 2018 года строительство морской части газопровода началось, в 2019 году он должен связать финский город Инкоо и эстонский Палдиски. Третий, молчаливый участник действа – Латвия, поскольку ПХГ «Инчукалнс» будет использоваться для хранения газа. Именно этот факт больше всего привлекает в этом проекте Финляндию – дело в том, что матушка-природа не дает возможности обустроить на территории этой страны хотя бы небольшое подземное хранилище газа.

ПХГ «Инчукалнс», Латвия

Финляндия не просто на 100% зависит от поставок газа из России – она критично зависит в буквальном смысле слова «от трубы». Малейший сбой на какой-нибудь компрессорной станции, и Финляндия мгновенно лишается поставок газа, никакого запаса времени нет от слова «вообще». То, что за все годы поставок советского, а теперь и российского природного газа ни одного происшествия подобного рода ни разу не случилось – очередное свидетельство высокого уровня инженерной школы, но было бы странно, если бы финны отказались от возможности получить возможность перестраховки. При минимальных вложениях, при щедром финансировании со стороны ЕК – тем более. Если ЕК при этом желает слушать песни о «росте независимости от поставок российского газа» – да сколько угодно, профессионалы газовой отрасли прекрасно понимают суть происходящего. Если и заметна какая-то реакция со стороны Газпрома по поводу строительства морского соединения Эстонии и Финляндии – так это только полное отсутствие этой реакции. Потребление газа в Латвии и в Эстонии снижается по причинам депопуляции населения и отсутствия крупных промышленных объектов, а увеличение энергобезопасности Финляндии, чья государственная компания Fortum после покупки ею немецкой Uniper фактически стала участником реализации проекта «Северный поток-2» вреда точно не принесет.

Прибалтийское единство? Нет, не слышали

14 февраля 2019 года операторы газотранспортных систем Финляндии, Эстонии и Латвии – соответственно, Gasum OY, Elering и Conexus Baltic Grid – подписали договор о введении между собой компенсационного механизма ITC (Inter Transmission System), который позволит с начала 2020 года создать рынок газа этих трех стран с единой зоной тарифов на транспортировку газа. Как видите, в списке участников нет ни Литвы, ни Польши – это при том условии, что Еврокомиссия как бы занимается реализацией единого, общего проекта строительства соединений газовых систем от Дании до Финляндии. Другими словами – даже при реализации проекта, который в максимуме позволит перекачивать 10 млрд кубометров газа в год, Еврокомиссия и ее подопечные умудряются ляпать одну организационную ошибку на другую. Какая уж тут борьба против мифического «газового диктата России», если на проекте такого масштаба мы наблюдаем вот такую концентрацию сказок Дедушки Маразма?

На строительство Balticconnector 187,5 млн евро из бюджета Евросоюза уже ушли, поляки уже успели получить 51 млн евро, требовавшийся на проектирование и согласование маршрута Baltic Pipe – итого 238,5 миллионов евро уже инвестированы. Завершение реализации проекта зависит от того, как пройдут переговоры с Газпромом по поводу «газового перекрестка» в Балтийском море, создание единой тарифной зоны стопорится, поскольку Эстония и Латвия терпеть не могут Литву – договор о единой зоне подписан ими на троих с Финляндией, а когда, как, на каких условиях к нему позволят присоединиться южной соседке, пока совершенно не понятно.

«Если факты противоречат теории…». Как закончить предложение?

Причины вот таких высоких отношений между Эстонией и Латвией с одной стороны и Литвы с другой стороны – отдельная история, к которой мы еще вернемся, а пока позвольте сделать очевидный вывод. Матушка-природа создала материк Евразии так, что на его западных окраинах, которые мы привыкли называть «Европа» крупное месторождение природного газа имеется в количестве одна штука, да и на нем добыча в ближайшие годы будет прекращена. Поддержание уровня жизни, уровня развития промышленности и перспективы их улучшения на западе Евразии возможно только за счет выстраивания взаимовыгодных отношений со всей остальной частью материка, на территории которой запасов газа хватит на ближайшие пару сотен лет. Это логика, заданная географией и геологией.

Попытки политической надстройки, которую нагромоздил себе на голову Европейский Союз – это попытки противостояния здравому смыслу, которые никогда, нигде и никого ни до чего хорошего не доводили. Поскольку далеко не все в ЕС отказались от использования здравого смысла – единства в действиях государств, входящих в его состав, возникнуть не может. Теоретически такое единство могло бы возникнуть только при одном условии – если бы Россия продолжала жить по тем законам, которые имели место в «святые 90-е». Точка окончательного разворота – речь Владимира Путина на Мюнхенской конференции по безопасности в 2007 году и последовавший в 2008 году официальный выход России из Энергетической Хартии Европы. Можно сколько угодно ломать копия по этому поводу – хорошо ли, плохо ли, не слишком ли жестко по отношению к «западным партнерам», но этот Рубикон был перейден. Возврат России на покинутый берег возможен только в виде полной капитуляции, которую политическая надстройка Евросоюза спит и видит, которой Еврокомиссия пытается добиться за счет пресловутых антироссийских санкций.

При этом другая часть Европы – Европа реального бизнеса, реальных секторов экономики, создающая новая и поддерживающая имеющиеся рабочие места, от борьбы со здравым смыслом устала. Эта часть Европы считает, что действовать можно только по одному принципу: «Если теория не соответствует фактам – горе теории». Теоретически Россия может «сломаться», но факты говорят об обратном, а потому выстраивать отношения с ней нужно, как с равноправным партнером, на взаимовыгодных и предсказуемых условиях. Все метания европейских стран – это сражение «теоретиков» и «практиков», причем в буквальном смысле этого слова. Среди членов Еврокомиссии нет людей, которые руководили бизнесом, создавали компании, на практике реализовали предпринимательские проекты, зато много тех, кто получил прекрасное экономическое образование, они не знают, что такое ответственность руководителя компании перед акционерами, не понимают, какой может оказаться реальная цена организационных ошибок, они не вкладывают в проекты собственные деньги. Может подобного рода публика выстроить модель энергетического рынка ЕС, которая отвечала бы настоящим интересам всех его участников? Торопиться с ответом не будем – России вообще спешить некуда, у нас своих забот хватает, а вот анализировать борьбу теории с практикой мы, конечно, продолжим.

Источник

 

У вас недостаточно прав для комментирования